Птица АГИКИ

Птица АГИКИ

Почему же АГИКиИ аббревиатура названия Арктического государственного института культуры и искусств так похожа на птицу Агугук? Потому что он мог услышать, а мог и не услышать шума крыльев. Это ориентир и направление, и путь к спасению. И институт наш, рождается, как птица лувр, которая по северной легенде создает землю из своего оперения...

Каким должен быть выпускник нашего института? Всесторонне образованным. Он должен «знать, что он знал». В этой мысли в отличие от сократовской «я знаю, только то, что я ничего не знаю», нет пессимизма и безнадежной погони за суммой знаний, которая все глубже убеждает тебя в том, что чем больше ты знаешь, тем очевиднее твое незнание... Я знал... Поэтому я спрашиваю у себя. Я читаю Сократа, чтобы вспомнить, что я знал... И тогда отзывается во мне вселенский голос и пробуждается генная память. И тогда я могу явить миру свою, необщую, идею и прозвучать своей нотой в земном бытии. За этим стоит творчество, индивидуальность культуры... Обновлением ума своего преобразуйся...

Не максимальное забивание информацией, а включение познавательного инстинкта, аналитических способностей, эмоциональных вибраций, благодаря которым созревает оригинальная личность художника, критика, теоретика, исследователя. Я помню, у нас философию читал бывший священнослужитель, который обратился в марксисты. По всему было видно, что он беден, ходил в рабочей фланелевой куртке-спецовке и в старых сандалиях. Он много чего говорил нам, но я запомнил только удивительный густой голос, который вещал о тайнах познания, два имени и одну фразу: Иеремия Бентам, Иммануил Кант. «Категорический императив». Мне хватило этого, чтобы я начал читать и погружаться в глубины философской мысли.
Интересно то, что оба эти философа до сих пор волнуют меня. Бентам своим утилитаризмом, где все полезное нравственно; а Кант, конечно, «звездным небом над головой и нравственным законом внутри нас».
Когда открывали учебный год, на сцене Саха театра был сооружен круг семиметрового диамет¬ра, наклоненный к студентам в зрительном зале. На нем была изображена карта Арктики. На сцене перед кругом сидели преподаватели. Я тоже сидел перед этой наклоненной чашей — кругом и вспомнил, как мой учитель Андрей Гончаров повторял изречение Герцена о том, что «каждый вечер в зрительный зал со сцены опрокидывается чаша с содержимым, уже находящимся в зрительном зале».
Молниеносно проносились в эту секунду мысли-образы — все студенты, находящиеся в зрительном зале живут в самой холодной части планеты, и у нас простая, на первый взгляд, миссия — напомнить им о том, что они уже знали, впитали с молоком своих матерей, живущих на этой суровой земле. Возглас студента: «так я же знал это!» будет самой большой радостью для нас.
Может быть, настало время, когда необходимо передать кому-то все, чем я владею. Я хочу преподавать. Может быть, преподавательский опыт у меня не так велик, но я сам прошел различные теат¬ральные школы и много видел. Если в школе Малого театра, где я учился актерскому мастерству, в одаренных студентах открывают индивидуальную органичность (что хорошо для тепличных условий), то в ГИТИС-е Гончаров «ввинчивал ремесло», я вижу пути сочетания этих школ, в результате «ввинченное ремесло» должно рождать, образно говоря, не гончарные сосуды, а чорон.

 

Вернуться назад  

Иван Шакуров

И.Ю. Пестряков

Афиша

“Өрүс бэлэхтэрэ” испэктээк премьератыгар ыҥырабыт!
Дьокуускай куорат олохтоохторо уонна ыалдьыттара!Өксөкүлээх Өлөксөй үйэлээх үтүө аатын өрө тутан кини аатын сүгэр Норуоттар...
Өксөкүлээх Өлөксөй “Ойуун түүлэ” поэматынан испэктээгэр бар дьоммутун ыҥырабыт!
Саха классик суруйааччыта Алексей Елисеевич Кулаковскай айар үлэтин 120 сылынан Олоҥхо тыйаатыра төрүттэмитэ 12 сыла...

Поиск